ПЕРВЫЕ ФИЛЬМЫ КИНЕТОСКОПА ЭДИСОНА

Рейно начал как изобретатель и продавец аппаратов. Потом, после 1890 года, необходимость эксплуатировать свой оптический театр сделала из него антрепренера, режиссера. Лента, прежде явление вспомогательное, стала основой его работы, и поэтому его пьески и исполнительское мастерство все время совершенствуются.
Эдисон же, наоборот, выпустив в продажу свои кинетоскопы, так и остается главным образом продавцом аппаратов, что характеризует всю его коммерческую и промышленную деятельность до 1900 года. Фильмы для него — только необходимый аксессуар вроде валиков музыкальных шкатулок, которые вечно повторяют один и тот же мотив.

kinetoskop_edisona
Намереваясь в будущем снимать оперы, Эдисон рассматривает свои фильмы только как ленты для коммерческой демонстрации и не придает им большого значения. Он всецело передоверяет их Диксону, и если он дает ему какие-то указания, то в большинстве случаев это советы использовать сюжеты, сходные с теми, которыми в тот период пользуется коммерческий зоотроп. С точки зрения хозяина Вест-Орэнджа, суть дела состоит только в том, чтобы показывать движение, не заботясь о мимике актеров или о создании комических персонажей и т. д.
В зоотропах сюжеты лент имели только вспомогательное значение, тем более что возможности актеров были весьма ограничены: они могли воспроизводить только самые простые движения, допускающие бесконечные повторения, кроме того, одновременно могли действовать только два-три персонажа.
И все же в лентах зоотропа уже можно было дифференцировать две сюжетные категории: «жанровые сценки» (цирульник, кузнец, зубодер, фермерша, кормящая кур, пьяница, курильщик, швея, спорщики и т. д.) и «номера» в смысле номеров мюзик-холла (жонглеры, акробаты, акробаты на трапециях, боксеры, борцы, клоуны, дрессированные животные и т. д.). Отметим, чтобы не забыть об этом потом, что существовало и несколько «документальных» лент (машины, движение светил, геометрические фигуры и т. д.).
Когда Диксон начал в интерьерах его «Кинетографического театра» снимать первые фильмы, он прямо следовал лентам зоотропов, тем более что ленты для аппаратов Эдисона были тоже лентами без конца, которые можно было пускать по нескольку раз подряд.
В последних месяцах 1894 года каталоги фильмов Эдисона состояли уже из 60 лент. «Номера» мюзик-холла занимали первое место в этом каталоге, и их сходство с сюжетами зоотропа поразительно. Дрессированные животные[91], силовые упражнения[92], акробаты[93], танцы[94], борьба[95]. Наибольшим успехом пользовались последние два рода фильмов. Они внушили Латаму мысль о съемке матча бокса в нескольких раундах в исполнении звезд ринга. Идея была подхвачена Раффом и Гаммоном, которые выпустили матч в пяти раундах: «Хорнбэкер против Мэффи» и «Билли Эдвард против неизвестного боксера».
Танцевальные фильмы были очень разнообразны. Самыми знаменитыми были: «Танцовщица Аннабель» (имитация танца Лое Фюллер) и «Французский канкан». Затем в «Черной Марии» были засняты многие артисты знаменитого цирка Барнума и Бейли, а также труппы Буффало Билля. Сам полковник Коди (Буффало Билль), женщина-стрелок из карабина Анни Окли и труппа индейцев предвосхищали фильмы о Дальнем Западе, неутомимыми и никогда не надоедающими героями которых они будут впоследствии.
От танцев Диксон перешел к запечатлению номеров ревю, где выступали его артисты. Это уже был отказ от зоотропических сюжетов и переход к съемке опер, о чем мечтал Эдисон.
Жанровые сценки были немногочисленны, но пользовались наибольшим успехом. В некоторых лентах уже появляются зародыши сценария, получаются драмы или комедии на 30 секунд, например «Спасенные из огня», где изображались: огонь, дым и пожарные в действии, «Драка в баре» и т. п.
Для того чтобы зрителю кинетоскопа были понятны движения действующих лиц величиной с булавку, фотографируя их, нужно было подчиняться точным правилам. Без сомнения, строгий черный фон и силуэтное выделение фигур облегчали видимость, но, когда в кадре одновременно действовали несколько персонажей, силуэтность исчезала и действие становилось смутным, неясным.
Этим объясняется то, что современники не оценили фильма 1895 года «Смерть Марии Стюарт». Когда его теперь проецируют на экран, большое впечатление производят и многочисленные фигуранты в костюмах, и королева, коленопреклоненная перед эшафотом, и палач, который опускает секиру, а потом показывает публике отрубленную голову. В этом фильме 1895 года, который, вероятно, явился запечатленной на пленку сценой из спектакля какого-нибудь нью-йоркского театра, пользовавшегося успехом, мы видим предшественника французских и итальянских «художественных фильмов». Но крошечный размер изображений сделал фильм столь неразборчивым, что он не имел никакого успеха у зрителей кинетоскопов, и произведение, которое теперь кажется нам сенсационным, тогда провалилось.
Фильм, выпущенный во Франции под названием «Танец Лое Фюллер»[96], был исполнен молодой танцовщицей с Бродвея — Аннабель, которая мало-помалу вошла в известность тем, что была замешана в скандальную историю и что а ней распространился слух, будто бы она танцевала голой перед гостями наследника цирка Барнума, что подняло цену и спрос на ленты кинетоскопа, на которых она была снята; публика уже отдавала предпочтение звездам.
С другой стороны, известно, что «Танец с серпантином», который прославил балерину Лое Фюллер, исполнялся с длинными покрывалами, которые окрашивались в разные цвета электрическими прожекторами, что позволяло придавать балерине различные очертания — то цветка, то бабочки.
Для того чтобы передать все особенности «змеиного танца», снимки Аннабель были раскрашены от руки в Вест-Орэндже. Этим кинетоскоп, возобновив способ, употреблявшийся в фотографии, открывал дорогу плодотворной традиции цветных фильмов.
В Вест-Орэндже делались попытки снимать крупным планом. Мы помним, что на Эдисона сильное впечатление произвели «говорящие портреты» Демени. Он распорядился, чтобы Диксон снял подобные фильмы. Самый знаменитый из них известен под названием «Чихание Фреда Отт».
Немногое можно сказать о фильмах других американских изобретателей в 1895 году. Ничего неизвестно о фильмах Ле Роя. Дженкинс и Армат не производили фильмов, а только показывали уже имевшиеся. Латамы отказались от съемок жанровых сцен и показывали бокс в эдисоновской манере. Поль в Лондоне показывал в своем биоскопе сценки, снятые под открытым небом («Дерби в Эпсоме» и др.).
Итак, в фильмах для кинетоскопа из-за их мелких размеров не могли применяться ни массовые съемки, ни крупные планы, ни съемки на натуре. Эти фильмы снимались в студии, где на черном фоне двигались персонажи, одетые в белое. Создатели их обычно ограничивались лишь воспроизведением несложных движений одного человека, вследствие чего эти фильмы весьма напоминали ленты зоотропа, у которых они, возможно, многое заимствовали. И, однако, некоторые «жанровые сценки» уже тогда подготавливали почву для фильмов Люмьера.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.